Японская художница Марико Мори размышляет о внеземной жизни, культурной идентичности, аутсайдерах и Юрии Гагарине, а также сомневается, что наше существование – это не мираж.
Незамысловатое заявление «I'm a human being» является наиболее удачным ключом прочтения работ Ханна Каспара. Они всего-навсего человеческие, что подразумевает ту самую естественность, которая и есть красота, не вызывающая вопросов. В спокойном потоке, впрочем, встречаются и приятно покалывающие вещи – пробуждающаяся сомнамбула, оживший язык, волосяные водоросли на лице или вот это особое положение кисти на последней фотографии. Персонажи не всегда «просто сияют», но и транслируют состояния. Если более точно, их полутона. Вот что привлекает внимание.
Саша Грэй: «У меня нет табу. Разве что… я не собираюсь заниматься сексом с детьми и животными».
Жвачка не безучастна. Это не просто некое символическое зло, но зло активное – оно действует, нападает, колонизирует. И вот эту самую «активность жевательного зла» лучше других показал на 49-й Венецианской Биеннале художник Симон Декер.
В свободной Америке зарегистрировано 700 тысяч «сексуальных хищников», которых общество объявило изгоями. Один из них рассказал нам свою историю…
«Голая правда» - проект-недоразумение; случайность, отрыжка и поцоватый бантик. Создается впечатление, что он «лепился» после пасхального будуна со скоростью 3000 картин в минуту.
Когда художник Юрий Ермоленко достиг возраста Христа, ему повстречалась 13-летняя девочка Настя. Так началась самая скандальная любовь за всю историю современного украинского искусства. В интервью для «PROZA.tv» отечественная Лолита рассказывает о свободе, ревности, наркотиках, и сексуальности взрослого мужчины.