Finally Legal

интервью с фотографом Ричардом Керном

Ричард Керн (Richard Kern) – живая легенда современной эротической фотографии, режиссер, перформер и порнограф. Прославился благодаря своему сотрудничеству с зубастой нигилисткой от литературы Лидией Ланч, Мэрилин Мэнсоном, группой «Sonic Youth» и другими не менее знаковыми персонажами. Также известен как отменный мастер эстетических арт-провокаций, которыми он поливал США и Европу с 80-х годов. Характерный почерк Керна – сексапильные девочки-панки, покрытые татуировками и пирсингом.

Когда вы начали фотографировать?

Мне было около 10 лет. В то время я мастерил модели машин и устраивал целые постановки, снимая все это на свой «Instamatic». Делать снимки – это для меня многое означало. Сейчас мой сын находится в том же возрасте и тоже фотографирует. Просто снимает все подряд.

Позже в колледже я участвовал в создании журналов для болельщиков. Причина, по которой я занимался этим, заключалась в возможности публиковать сюрреалистические фотографии, которые я делал. Потом я понял, что по-настоящему быстро прославиться можно не в мире фотографий, а в мире кино; по крайней мере, тогда мне так казалось. И я стал делать фильмы, используя фотографии как промоушн для них.

Но фотография все же была на первом месте?

Нет, это было чем-то вроде двух сторон одной медали. Я занимался кино, но фильмы для меня были быстрым способом засветить свое имя. Аналогичная ситуация и с искусством перфоманса. Им я тоже занимался.

Например?

Просто однажды я понял, что помимо кино, есть еще одна возможность заставить говорить о себе. Особенно если ты не боишься скандалов и живешь в East Village. Устраивать провокации в начале 80-х было намного проще, чем сейчас. В то время я встречался с танцовщицей и ходил смотреть все эти жуткие арт-перформансы, которые они устраивали – если не считать музыки, все было крайне скучно. Мне захотелось сделать свой собственный перформанс в тех же местах, где обычно выступали такие танцоры. В первый раз это случилось в крошечном клубе, под завязку набитом людьми. Я посадил среди зрителей своего человека, который принялся демонстративно хамить танцорам, показывавшим на сцене свое обычное шоу. Затем один из танцоров ответил хаму, и началась потасовка. Я выбежал в зал и стал наносить крикуну удары ножом. Мы использовали искусственную кровь и она была повсюду – представьте себе реки крови в переполненном помещении. Это действительно сработало.

Да-да! Купились абсолютно все! Но позже они поняли, что это был фэйк, и тогда все прекратилось.

Мне всегда было интересно, как можно просто взять и уйти в такой ситуации? Вроде ты стоишь там, а окружающие в это время приходят в себя и начинают понимать что к чему…

Ты просто уходишь.

Просто закрываешь за собой дверь?

Конечно. Вскоре после этого я начал много работать с Лидией Ланч. Она была наслышана о подобных вещах, и мы стали заниматься этим вместе в «Pyramid Club». Как-то раз я взял проектор и показывал фильм о реслинге, только сам проектор находился на сцене, а изображение проецировалось на противоположную стену, так что всем зрителям приходилось оборачиваться назад. Как только все обернулись, мы с одним парнем вышли на сцену и просто начали колотить друг друга. Мы свалились в толпу, переворачивая и ломая все вокруг.

Вместе с Лидией мы укатили в турне по Японии и США. Это был действительно быстрый способ привлечь к себе внимание.

Ваша драка была чем-то вроде разогрева для ее шоу?

Они могли внести это в счет, но никто не знал, кто я такой. Так что это просто случалось, и никто не мог понять, что же, черт возьми, происходит.

© Richard Kern
© Richard Kern

Радует, что вы не пытались придать этому смысл всякой арт-лабудой вроде разговоров о трансгрессии, нарушении всех границ или чем-то в этом духе.

Тогда все казалось таким претенциозным, что мы старались делать что-то, чему невозможно будет найти оправдание.

Значит, после таких представлений появились ваши первые кинокартины?

Да. Я начал снимать фильмы, которые можно было бы использовать в наших шоу. Через некоторое время их скопилось столько, что я мог уже показывать их непосредственно вне перфомансов. Я мог стоять, заниматься своими делами, а мой фильм вроде «Fingered» делал всю работу за меня. Трудно представить, что такой фильм способен вызвать шок сейчас, но я лично присутствовал на показе в Бостоне и видел лица людей, смотревших этот фильм. Они были в смятении.

Но разве они не знали, чего ожидать, когда покупали или бронировали билеты?

Не всегда. Чаще всего они слышали обо мне и хотели попасть на фильм, не имея ни малейшего представления о том, что их ждет. Люди часто так поступают. Они ничего не знают о предмете, но слышали, что это круто. Они думают: «Это круто! Я слышал об этом, и это наверняка должно быть круто». Поэтому они шли, покупали билеты, а шоу зачастую оказывалось для них большим сюрпризом.

Почему вы перестали снимать кино?

Где-то к 1992 году я выдохся. Последний фильм, который я снял, назывался «The Nightmare» («Кошмар») и это была моя фантазия об одной девушке, которую я знаю. В то время я делал кучу ее фотографий и часто представлял как, фотографируя ее, кончаю или мы занимаемся сексом, когда она просто приходит ко мне домой И вот она действительно приходит, и я пытаюсь все это с ней осуществить, но она не дает мне. Весь смысл фильма в том, что я очень хотел проделать это с ней, и когда лента была готова, я это сделал.

Значит, с видеокамерой вы просто реализовывали то, что не могли получить в реальной жизни?

Да, и абсолютно то же самое происходит с фотокамерой.

Итак, вы бросили кино в 92-м и сконцентрировались на фотографии. Что это были за фотографии?

В то время я знал множество стриптизерш и садомазохистов, начал фотографировать всех, кого только мог. Также я снимал всех этих богатеньких девчонок, которые становились стриптизершами и набивали себе татуировки, потому что все это им казалось искусством.

© Richard Kern
© Richard Kern

Это было как раз накануне наступления той отстойной эры, когда некоторые стриптизерши пытались попасть в большую политику?

Вроде того, потому что много девочек, которых я фотографировал, покупались на это, хотя в то же время они считали: «Я должна стать стриптизершей, если я этого хочу». Были и такие, которые думали: «Занимаясь этим, я помогаю человечеству». Всегда находился аргумент, чтобы оправдать себя.

Помогать человечеству, заставляя парней кончить?

Да, потому что много парней одиноки, и у них нет другой возможности получить желаемого в сексе. Я же просто снимал всех, кого только мог. Одна девушка приводила другую, та – третью и так далее. В тот момент я начал работать с по-настоящему хорошими моделями. Так получилась книга «New York Girls» (Девочки Нью-Йорка). Многие из тех, кто попал в нее, как раз делали себе пирсинг сосков и татуировки по всему телу.

Сейчас все это устарело.

Да, теперь все наоборот. Когда я вижу кого-то с пирсингом и в тату, это кажется мне полным отстоем.

Недавно я рассказывал своей девушке, что стал свидетелем всей истории сережки в пупке. Все начиналось с того, что лишь одна девушка носила ее, одна из пяти. Потом настал момент, когда у каждой девушки появился там пирсинг. Позже эта история пошла на спад и я видел 24-летних девушек, у которых пирсинга не было, но можно было различить саму дырочку. Сейчас я наконец-то встречаю тех, у кого никогда не было сережки в пупке и, по-моему, это здорово. Сейчас все девочки с татуировками начали активно сниматься. Обычно они приходят с улицы, и на них сотни тату. Но для меня это уже не важно.

Вы имеете в виду девушек вроде «Suicide Girls»?

Да, весь этот типаж.

Я не понимаю одного - все эти девочки говорят, что, занимаясь порнографией, они занимаются самоутверждением, и наверняка некоторые из них действительно являются бездомными панками...

Я фотографировал таких бездомных панков. Обычно они сидели на наркоте.

…но мне кажется, что они проигрывают девушкам из художественных колледжей, и в то же время неоправданно гонят на девушек, просто вынужденных заниматься стриптизом. Потому что очень легко пойти по этой дорожке, когда ты - красивая девчонка в задрипанном городишке, но при этом ты слишком глупа или ленива, чтобы пойти в колледж или найти другую работу. Я вспоминаю девушек, работавших стриптизершами, с которыми я дружил в колледже. Позже они стали стриптизершами, которые любили немного потрахаться, потом они стали давалками, а теперь они давалки, заработавшие себе шизофрению после всего вынюханного ими амфетамина; у каждой из них, должно быть, по меньшей мере 20 разновидностей СПИДа, и все они умрут в 30 лет. По сравнению с этим, «Suicide Girls» - всего лишь однодневная модная фишка.

Для меня все это – мода. Все это лишь часть той моды, которая, надеюсь, пройдет.

Да, и не думайте, что я жалуюсь. На чисто физиологическом уровне фотография голой девушки - это фотография голой девушки. Не то, чтобы я испытывал отвращение к порно со студентками колледжа, просто я больше вовлечен в эту тему. Но вернемся к делу. В «NewYorkGirls» вы использовали разноцветное освещение, вид был более театральный. Сейчас все в ваших фотографиях выглядит максимально естественно. Вам просто надоела вся эта цветастость?

Мне захотелось сделать что-нибудь более настоящее. В «NewYorkGirls» я старался добиться таинственного и крутого эффекта, а сейчас мне больше хочется делать снимки, которые выглядят строгими, но не простыми. В действительности это всего лишь искусство и разноцветное освещение было навеяно тем временем. Если вы посмотрите музыкальные клипы того периода, то заметите, что это было время фальши. Тогда популярной была картинка, которую снимали почти в черно-белом формате, вроде как «это искусство, потому что оно черно-белое». Глупо, но в то же время что-то в этом было.

О, конечно, я взял оттуда множество хороших идей. Был такой сайт, на который я заходил каждый день. На нем обычные люди публиковали свои фото, и это было отлично. Но сейчас в Интернете наметилась тенденция, когда все фотографируют всё – особенно знаменитостей. Мне очень нравится шпионская фотография и вуайеристические фишки.

Думаю, многие люди, рассматривающие ваши работы, хотели бы знать, со многими ли моделями у вас дошло до этого?

Хороший вопрос, хм...

Просто то, как вы снимаете, выглядит очень интимно…

Иногда сам процесс съемки возбуждает меня так же, как и секс. Это супер-интимно. В этом есть даже нечто большее… А сколько девушек... Вот уж не знаю. Раньше было гораздо больше, чем сейчас.

Во времена «NewYorkGirls» их было больше, чем сейчас?

Определенно больше. У меня всегда была девушка, поэтому это было вроде как…

Они ревновали?

И такое, конечно, бывало. Либо же они говорили, что им все равно, но после того, как мы расставались, признавались, что это, оказывается, было большой проблемой.

То есть они оставляли выяснение этого вопроса на потом?

Да. Но девушка, с который я сейчас, совершенно спокойно относится ко всему этому. Она практически лесбиянка и помогает мне с моделями.

Я как раз редактирую эротический материал, который наснимал за последние несколько лет. Он выйдет на DVD, который будет продаваться вместе с моей новой книгой.

Как она будет называться?

«Action» (действие). Мне не позволили назвать ее «HARD» (возбужденный). Планировалось, что там будут неиспользованные дубли из порно, но сейчас все это превратилось в микс. Конечно, там есть достаточно жесткие вещи, но издатель старается все это дело смягчить. Все так делают.

У вас ведь есть свой порно-сайт?

Да. www.newnudecity.com

Это основной источник ваших доходов?

Нет, но он себя с лихвой окупает. Основной мой доход – это, пожалуй, продажа книг и снимков.

Платите ли вы девушкам больше, если это откровенное порно?

50$ за час обычной съемки, 100$ за час съемки для порно-журналов. Но такого я не снимал уже около года.

Вы прекратили этим заниматься?

Нет, просто очень большая конкуренция, и, к тому же, я не нашел девушки, которая бы разрешила разместить свои фотографии в порно-журнале. Другая вещь, которую я понял - мне лучше снимать то, что имеет для меня значение, так как в долгосрочной перспективе это более прибыльно.

Нет, потому что всегда есть кто-то новый. Но, я все же могу назвать несколько любимых. Была одна девушка Алиса. Она русская, ей было что-то около двадцати двух лет и она училась в школе «Julliard». Она была академическим музыкантом. Ей нравилось быть частью этого мира, просто быть на фотографиях, сниматься для сотен журналов. Она была очень популярна. У меня есть тонны ее хороших снимков. Уверяю, она делала сумасшедшие вещи. Но потом Алиса вдруг стала колебаться и исчезла.

Помнится, вы много фотографировали шотландскую художницу Люси Макензи.

Да. Ей очень нравилась Cosey Fanni Tutti из «Throbbing Gristle». Мне, 20-летнему парню, это было очень интересно. Я видел все эти порно-журналы с Cosey. Я подумал: «это же та самая девушка из «Throbbing Gristle», и она в порно-журнале!». Люси открыла ее для себя и была очень увлечена ею, так что мы делали те же самые вещи.

Кавер-версии того, что сделала Cosey?

Да, вроде упражнения для ума, точно так, как делала Cosey. Все это происходило в Англии, где я находился со своим шоу, и у нас даже было совещание – Cosey, Люси и я.

Довольна ли Люси снимками, которые вы делали, ведь сейчас она набирает популярности в качестве художника?

Да нет, она не придает этому значения.

Возможно, коль сейчас она художник, это уже совсем другая история? Ведь есть множество девочек, чьи жизни могут быть полностью разрушены из-за их участия в порно-съемках.

Да, конечно. Но жизни тех девочек, скорее всего, будут разрушены, вне зависимости от того, занимались ли они этим или нет.

Порно-бизнес – темный бизнес

И он становится все темнее. Ко мне приходят все эти модели-однодневки ото всех порно-агентов и говорят: «Я согласна на секс втроем, глотаю, позволяю кончить мне на лицо, interracial, двойной анальный секс, двойной вагинальный». Но тут же добавляют: «Но никакого щекотания!». Короче, какие-то странные личные моменты. А потом говорят: «Возраст: 18».

Что, вот так прямо сходу и заявляют об анальном сексе?

Да, и получается так, что, столкнувшись с этим однажды, и снявшись в этом, ты запомнишь это навсегда и будешь чувствовать себя изможденной во всевозможных смыслах. Но потом ты можешь вернуться к этому. Сейчас многие из них так и поступают. Я снимал одну девочку, которой было 18 лет, и она сказала: «Вчера я впервые участвовала в межрасовой анальной групповухе».

Боже, и что же стало с ее очком?

Я тоже хотел ей сказать: «Можно посмотреть, как покраснела твоя задница?». А она говорит: «Это то, чего я хотела всю свою жизнь. Я с 12 лет знала, что хочу сниматься в порно». Как люди вообще все это знают? Достаточно посмотреть на страницы некоторых детей на myspace, и это становится очевидным.