Умри, футбол!

Проект Саши Сулименко

Уже само название художественного проекта «Умри, футбол!» предполагает, что его автор совершает некий радикальный жест, бросает вызов массовому явлению и готов сплясать похоронный вальс на гробу конкретного спортивного существа. Всего этого киевская художница Саша Сулименко не сделала. А все из-за непозволительной степени утонченности кишки.

Проект «Умри, футбол!», с которого начался 2007 год для столичной галереи «ЦЕХ», получился на редкость сырым и невнятным. С одной стороны, имеем конкретный заявленный месседж. С другой, - сборище разносортных и разномощных полотен: фрагментарных, бессюжетных и на редкость посредственных. Неужели именно эти картинки призваны отработать слоган «Умри, футбол!»? Причем здесь баскетбольное кольцо? Где угар критики? (раз уж такая игра в красивое название) Почему ни слова о легитимном и общенародном латентном гомосексуализме, который хранят в себе все эти альфа-самцы болельщики? «Тема ебли не раскрыта!», - шутит по этому поводу классик украинского постмодернизма Александр Ройтбурд.

Ответы, как известно, в таких случаях помогает найти уж если не внутренняя чуйка, так документация к проекту. Последняя, в случае с выставкой «Умри, футбол!», заслуживает отдельного разговора. Украинские кураторы современного искусства никак не поймут, что задача документации – не ведра липкого благолепия да ласковых серенад в честь автора, а представление официального ключа прочтения художественного проекта. В официальной документации, к тому же, такой ключ всегда согласован с автором. То есть, документация - и есть позиция автора (кто бы ее не написал).

О хвальбе мы поговорим позже. А пока, собственно, зачатки ключа. Автор документации, Марина Скрипченко, пишет: «…ее [Сулименко] картинки особо не смешат, хотя и обличают человеческие слабости». И ниже: «Предмет изображения – футбольное поле как место наибольшей концентрации вируса фанатизма».

Итак, перед нами, казалось бы, жирная претензия, требующая немедленного выстрела из художественных пушек по своему предмету. Мол, Саша Сулименко не только назвала свою выставку «Умри, футбол!», но и претендует обличать один из мощнейших вирусов человечества - фанатизм. То есть, художник решает выступить этаким санитаром социального леса.

На этом месте документация поджимает мокрый хвост: «Сулименко чувствует себя ни в коем случае не арбитром и уж точно не зараженным футбольной бациллой фанатом, а, скорее, случайным зрителем, который хочет понять из-за чего такая шумиха». Ага. Наверное, именно поэтому Сулименко вдруг рисует баскетбольное кольцо и кучу бытовых спортивных фрагментов, которые ничего сами по себе не говорят, а лишь в холостую демонстрируют обыденные моменты бытия из конкретного пространства. Наверное, именно поэтому она называет проект «Умри, футбол!» - чтобы быть «случайным зрителем», но «ни в коем случае не арбитром». Ах, она не судит? Ну действительно, она просто вопит: «Умри!». Воистину, позиция случайного зрителя, который не судит.

Господа, а ведь на деле это, собственно, отсутствие какой-либо позиции. Этакие «цацки-пецки» на модном фоне. Вроде и вмазать не могу, но и нейтральной остаться тяжко. Так и мечется Саша Сулименко между тем, что сделала, и тем, что собиралась сделать. Результат: содержание вдруг решает не соответствовать заявленной оболочке «Умри, футбол!». Вот только не говорите, что это такая игра. Игра не может быть столь косолапой.

Документация продолжает надрываться: «Сулименко фокусирует взгляд на объектах поклонения, которые на поверку оказываются просто-напросто гоняющими мяч организмами, не больше». О-о-о-о, так автор еще и пытается сказать, что принцессы тоже какают? Что поп-идолы тоже люди? Что на поле вовсе нет богов, а лишь «гоняющие мяч организмы»? Как же это, блядь, свежо, господа! Я думаю, с такими картинами да посылом Сулименко удастся разбудить еще не одного фанатеющего обывателя. Да здесь претензия на коррекцию общества!

Но Марина Скрипаченко не может уняться. Она (а вместе с ней и галерея «ЦЕХ», и художница Сулименко) жонглирует словами, забывая, что у каждого из них вообще-то есть свое значение и использовать их как попало могут лишь редкие птицы. Эге-гей, нам раскрывают тайну баскетбольного кольца: «Правда, к заявленной тематике Сулименко добавила один кадр с баскетбольным щитом – но кто помнит, на совдеповских тренировочных площадках, что были в каждом втором дворе, всегда был выбор между футбольными воротами и баскетбольной корзиной. Так что это вещи одного порядка». Да-да. Оказывается, выбор предполагает родство, один порядок! То есть, вы можете назвать выставку «Прочь, гандоны!» и дорисовать к резиновым товарищам пачку макарон. В конце концов, в капиталистических супермаркетах всегда есть выбор, купить гандоны или макароны. Так что это, ух-ух, вещи одного порядка. Именно такой вывод получается, исходя из безумной концепции этого, по всей видимости, непродуманного и сбацанного на скорую руку проекта.

Букет словесной истерики вдруг посещает милая и, ну неужели, праведная скромность: «Единственное, в чем можно упрекнуть автора – в «Умри, футбол!» слишком мало красного, то бишь крови…». А ведь действительно – со всеми этими претенциозными художниками надо что-то делать. Мало крови. Где же вы, о славные палачи?

«Актуальный и хладнокровный проект Сулименко все равно обещает произвести фурор…», - завершает свое невменяемое повествование госпожа Скрипаченко. Очевидно здесь, по задумке организаторов проекта, мы должны стать быдлом рогатым, нормально воспринять эту пропагандистскую претензию на будущее и поставить в венец нашего восприятия феерический куннилингус художнику. А если серьезно – не гоже так себя ласкать, не гоже. Мастурбацией, пожалуйста, занимайтесь дома. На улице это уже сделал Бренер.

Безусловно, меня можно упрекнуть в том, что я слишком много внимания уделяю не, собственно, картинам, а официальному тексту к ним, но мне кажется логичным суждение: художественный проект – это не просто художник с картинками, но целостная система, которая помимо всего прочего состоит из выставочного пространства, подачи, организации экспозиции и, да-да, официальной документации. Если она не является частью проекта, не выражает авторского понимания его сути, то зачем тратить картриджи в принтере? Зачем пуще поганить слабый проект?

На выходе из галереи перед глазами маячил один вопрос: «Зачем?». Зачем делать выставку с таким убогим содержанием, громким названием и тифозной документацией, если ты, художница, не в силах сказать больше и лучше на тему «Умри, футбол!», чем та же попсовая реклама дезодоранта «Rexona» с павианами-болельщиками в главных ролях?

Саша Сулименко «Умри, футбол!» (Фото: Наталии Машаровой)
Саша Сулименко «Умри, футбол!» (Фото: Наталии Машаровой)