Поэтический самиздат Горобчука

Житомирская творческая гильдия «Neaбищо» всегда слыла локальным, но живым поставщиком всякого рода литературного самиздата. Прелесть этого дела таилась в странной энергетике, коей обладали эти сверстанные на домашнем или институтском компьютере листки. В них всегда было что-то ностальгичное, настоящее, что-то не испорченное идеологией «а обложка должна быть красной, чтобы дядя Ваня это заметил на прилавке».

В любом случае, не смотря на постоянную нехватку денег, славы и известности, «Neaбищо» продолжало и продолжает поставлять в узкие круги молодежных интеллектуалов свою современную украинскую литературу. И можно тысячи раз обливать этих молодых людей желчной слюной, обвинять их в графомании и тотальном аматорстве, но… Важно отметить следующее – в отличии от большинства других писателей, «Neaбищо» не боятся идти на контакт, вбрасывать в народ свои тексты и продолжать развиваться. Они ждут отзыва, они хотят реакции. На данном этапе не так важен их опыт, профессионализм или то, насколько каждый из авторов выписался. Скорее, важен их выход на поверхность, как следующий этап развития творческой гильдии «Neaбищо».  Давайте встречать это, читать это, критиковать это. «Neaбищо» существует, работает, пытается развивать свою нишу в украинском литературном процессе, а значит заслуживает уважения и внимания. Более того, организация является чуть ли ни единым литературным возгоранием в родном Житомире, а это, господа, что-то да значит.

Очередным самиздатовским снарядом от творческой Гильдии «Neaбищо» и её киевской организации «Екzил» стал листок с поэзией Богдана Горобчука «мі100», написанной в период с июля по сентябрь 2004. Дело это вышло в рамках проекта «Бібліотека Мистецької гільдії «Neaбищо» и пахнет полным свежаком.

Поэтический эстет скажет, что это ни более чем молодежная урбанистическая меланхолистика, причем юного пошива. И будет где-то прав, но. Когда речь идет о молодой литературе, литературе самиздата, то, раз вы уже взялись это прочитать, попытайтесь всматриваться не в рифо-ритмику, форму и т.н. «обычные поэтические красивости», кои появляются у авторов со временем, а скорее в то, КАКИЕ картинки показывает автор. Причем важна именно картинка, а не её содержание. Важна сама метафизика образа, вкус изображения, ощущение текстуры полотна на ощупь. Тогда-то все эти лужи, бабочки и агрессивные города могут заиграть. Но это только в том случае, если читатель уж сильно того хочет. К сожалению, у молодого автора ещё не все в порядке с силой удара, но это дело наживное. Главное пока – изображение добротное.

Богдан Горобчук сделал свой очередной выстрел, и следующий будет ещё на один шаг мощнее предыдущего.

Представляем вашему вниманию некоторые тексты из микро-сборника:

Місяць

бородатий мертв‘як-місяць –
може він риба?
тоді ми – пісок
а наші надійні багатоповерхівки –
просто каміння
лежимо раzом z ними
на дні
і думаємо
що місяць – супутник zемлі
одне z Божих очей
або й просто –
бородатий мертв‘як

Zерна

вони хочуть падати в масну zемлю
zагортатися в масну zемлю щоб спати
міцно і спокійно
але
напівдороzі роzпускають крильця
для лету геть
відштовхуючись від тимчасового повітря;
для лету в місто
що його zгриzають недобудовані будинки
zерна zалітають до потворних проваль
вікон
дивляться на помаранчеву
або
білу цеглу
а zгадують нібито zражену zемлю
їм сумно наче роzбитій чашці
вони липнуть до непотрібних стін
сліzьми
zагортаються в їх непотрібність
як в секондгендівський плед
zасинають
вдихаючи їх особливий zапах
слухаючи шерудіння шин об асфальт
стукання трамваїв об рейки
підборів об бруківку
або
трохи приглушене
об бетоновані береги річки

Вовк

а вовк уже zа дверима
вовк чує
як ти наzиваєш мене іменням місяця
бачить як ти покаzуєш пальчиком
на zоряне небо і смієшся
як ти граючись
втікаєш від мене кімнатами
і даєш себе наzдогнати
потім він сидить zа дверима
ледь дише аби не роzбудити нас
бо ми zморені днем
бо ми майже мертві
чуєш? – то він
чеше сірі пружні боки об
синю роzтріскану луску фарби
ґанкові шибки дрижать-дzвенять
то він
треться об них вологим чорним носом
ледь дише в їх проzорість
тому ми не бачимо
ми не чуємо
ми майже мертві

Кров

проzора кров медуz
zелена кров трави
помаранчева кров помаранчів
кожна по-своєму гарна
як гарний перший сніг
як гарні перші діти вранці
на дитячому майданчику або
якщо тільки-но прокинулись
на кухні самотньо ріжуть хліб
а вріжуть пальчика
червона кров дітей
гарна як гарний перший хліб
коли його тільки-тільки вийняли
z печі
діти просять хоч би шматочок
щоб самим не вріzати пальчика
і біжать z тим шматочком надвір
zранку
або лишаються дивитися у вікно
на перший сніг