Оберслэм 2007

хроники гранд-финала

Зрелая Революция

«Оберслэм» родился в осознании того, что за последний год поэтический слэм в Украине вырос из частного литературного проекта в реальное культурное движение, обладающее характером революционной эпидемии. У нас появился обоснованный повод для страстной гордыни, граничащей с наглым нарциссизмом, за который не стыдно, который мы можем себе позволить.

Если «на заре» первые слэмы инициировал исключительно журнал «ШО» и «ПРОЗА», то спустя несколько месяцев слэмы начали возникать хаотично и независимо по всей стране; появились отечественные слэм-звезды (Коробчук, Лазуткин, Поваляева, Горобчук и т.п.); была издана теоретическая библия воспетого нами хулиганства. Резонанс в медиа и количество прихожан по-прежнему колоссальны.

Но главное достижение слэма – не только то, что он стал воспитательным лагерем для молодых поэтов, где им представилась возможность обучиться представлять свою поэзию должным образом и тренироваться в умении раскалять публику. Главное для движения – обретение своего узнаваемого и характерного Стиля. Без Стиля нет дискурса. Без дискурса нет секты. Без секты нет культурной истерики. Поскольку у слэм-жвижения есть Стиль, есть у него и дискурс, и секта, и культурная истерика. Все это - основы успеха культурной революции.

Но революция может быть успешна сегодня и провальна во дне грядущем. Движение обязано развиваться и обновляться, чтобы сохранить свою силу на полигонах искусства. В этом отношении, до «Оберслэма» перед украинским слэм-движением стоял ряд проблем. Среди таковых: отсутствие полноценной Лиги и нехватка свежей поэтической крови. Именно поэтому был придуман «Оберслэм», призванный: 1) стать верховным украинским слэмом - официальным мерилом участников движения; 2) привлечь в движение новых бойцов.

То, что нам сейчас нужно, так это дополнить прекрасный хаос не менее прекрасным чемпионатом – многоуровневым организмом из поединков, образующих цельный механизм, способствующий всеобщему развитию. На сегодняшний день, слэму слишком тесно в традиционной литературной системе. Амбиции и качество слэм-движения позволяют ему стать полноценной дополнительной ветвью украинского литературного процесса и манифестировать себя первым литературным явлением новой Украины, которое не зависит от того, с какой ноги сегодня проснулся Андрухович и те прочие, с кем принято ассоциировать современную украинскую литературу.

Оберслэм – наш очередной шаг к полной культурной автономии от мэтров; очередная мощная и победоносная песнь молодости, которая получается.        

Отбор Поэтического Биоматериала

Первый «Оберслэм» состоял из двух этапов – отборочного и финального (состоящий из 3 туров). Каждый поэт получил возможность подать свои произведения на рассмотрение Верховного Комитета Отбора и Фильтрации (Жадан, Ульянов, Кабанов) и претендовать на финал. У некоторых подобная экспериментальная схема вызвала искреннее негодование, мол, слэм всегда провозглашал себя анархистским и свободным движением - присутствие профессионального жюри на отборочном этапе, мягко говоря, явилось смрадным блядством, противоречащим самой идее слэма.

На деле, противоречия нет – у слэм-движения любой страны, каким бы хулиганским и хаотичным не был характер этого движения, должен быть (хотя бы в качестве дополнения) некий профессиональный чемпионат, способствующий качественному развитию движения. Верховный Комитет Отбора и Фильтрации может работать исключительно во время слэм-чемпионата и категорически запрещен в повседневных слэм-баталиях. Более того, финал судила-таки толпа, а Комитет занимался лишь отбором биоматериала для народного суда.

В идеале, мы, конечно, упраздним роль Комитета и будем осуществлять отбор участников финала более традиционно - в виде нескольких слэм-поединков (четвертьфинал, полуфинал и т.д.), на которых судьями, как и водится, будет только публика. 

Что же касается работы Комитета на «Оберслэме-2007», то она выглядела следующим образом: у каждого из трех его членов свои критерии отбора. Кабанов был заинтересован, собственно, в качестве поэзии. Содержание волновало его куда больше формы. Жадан явился золотой серединой -  его интересовала возможность открыть новые имена, за которыми стоит не только качественная поэзия, но и интересная ее сценическая подача. Мой подход - более радикален и циничен. Поэзия вообще меня не интересует и, признаться, ее качественная сторона – последнее, что имеет для меня значение.

В моем понимании, главное для слэма – это качество шоу; возможность предельно развлечь публику и предоставить больше возможностей для изъявления ее настроений. В этом отношении, графоманы, невротики, бездари и уродцы полезнее для шоу, чем тройка поэтических гениев. Хорошая и глубокая поэзия не должна быть на сцене. Ее место в частном и спокойном диалоге с читателем – диалоге без шумихи и понтов. Слэму такое оправданное спокойствие не подходит. Слэм – это шоу в форме кунсткамеры. Публика не приходит на слэм за духовными откровениями. Она приходит баловаться, развлекаться, насмехаться и подкалывать, бросаться бумажками и указывать поэту его место. Поэтому я старался отобрать тех, кто поможет сделать шоу качественней, позволит угодить толпе, а не порадовать трех метафизических калек. Что бы там не говорили, а гопник без штанов с бутылкой пива или катающийся по полу эпилептик – куда зрелищней бубнящего литературного гения, которого, зачастую, лучше читать, чем слушать и смотреть. Слэм для глаз. Это зрелище, а глубокая поэзия не может быть зрелищем – она говорит на другом языке.

Короче говоря, к серьезному списку Жадана и Кабанова, я добавил те человекоспеции, которые, как мне кажется, помогли сделать сцену ярче. И это прекрасно, что мои взгляды на отбор не близки Жадану и Кабанову. Разность подходов внутри Комитета позволила преподнести объемный состав – были и клоуны, и поэты, и слэмеры.

В финальный этап Оберслэма прошли:

Антон Добринский
Дарья Важинская
Владислав Волочай
Елена Заславская
Олег Коцарев
Андрей Любака
Ярослав Минкин
Артем Полежака
Сергей Прилуцкий
Вася Скакун
Дмитрий Лазуткин (под псевдонимом «Спайдермен»)
Артем Чередник

а также «сеяные» (слэм-победители)

Андрей Хаданович
Павел Коробчук

Не явились:

Герман Лукомников
Максим Кабир
Игорь Данилов

Правила Оберслэма

Каждая поэтическая зверушка получила три минуты на выступление в одном из трех туров финального этапа Оберслэма: общий тур, полуфинал, финал. За превышение трех минут – карательная санкция в виде снятия 2 балов. Выступление поэта оценивает публика – в зал выбрасывается пять комплектов с карточками баллов (пятибалльная система). В конце каждого тура (а также в середине общего тура) карточки меняют своих представителей из толпы. Высший и низший баллы вычеркиваются балл-мейстером, фиксирующим турнирную таблицу. В идеале, из общего тура в полуфинал выходят четыре поэта, в финал – двое.

Главный приз «Оберслэма» - бабло от журнала культурного сопротивления «ШО», а именно - $400.

Место действия

Харьков был выбран столицей слэма не случайно. Это был выбор по несколько оккультным упованиям – мы искали контекст с особой энергией. Логично, что явление, которое претендует называться авангардом современной украинской литературы избрало для своего верховного поединка город, являющийся родиной всех исторических авангардов в Украине. Здесь начинался наш футуризм. Здесь расцветет наш слэм. Более того, на сегодняшний день харьковская публика – наиболее живая и свежая публика в стране. С ней реально образовывать единое пульсирующее полотно энергии, и в дальнейшем мы планируем проводить Оберслэм ежегодно именно в Харькове.

Что касается актового зала экспоцентра «Радмир», то, с одной стороны, место это многим не понравилось в силу своей внешней занудной академичности. С другой стороны, наличие возвышающейся сцены позволило выстроить условный и приемлемый барьер между публикой и выступающими, что помогло избежать воистину безумных эпизодов (драки, броски курятиной и стеклянной посудой, погромы, сломанные микрофоны и разбитая аппаратура), которыми остался славен сентябрьский слэм во Львове, где эстетическое буйство граничило с пролетарской истерикой тупых и пьяных.

Победители и Имена

В полуфинале Оберслэма столкнулись – Ярослав Минкин, Артем Полежака, Павел Коробчук и Дмитрий Лазуткин. Победил – Дмитрий Лазуткин.

Особого внимания заслужили: Артем Полежака (пожалуй, первый чистокровный украинский слэм-поэт), группировка «СТАН» в лице Ярослава Минкина и Елены Заславской, которые не постыдились быть не понятыми литературной тусовкой зануд и снабдили свои выступления ярким шоу с куклами, флагами, джихад-видео и кувырканиями, а также Вася Скакун, который вышел в символичном образе поэтического гопника, явившегося этакой насмешкой над образом поэта как такового и прямой альтернативой этому образу. Насмешкой и альтернативой, которые являются для слэма искомой.

Организаторы Оберслэма

Фестиваль «Харьковская Баррикада», журнал культурного сопротивления «ШО», художественная партия «Утиный Рейх», философское порно-издание о современном искусстве «ПРОЗА».

Фотохроники Оберслэма

Артем "доктор Зло" Полежака (Фото Наталии Машаровой)

Молодая украинская интеллигенция (слева направо) - Павел Коробчук, Владислав Волочай, Олег Коцарев (Фото Наталии Машаровой)

Пока дети Африки умирают от голода, Дарья Важинская читает стихи.  (Фото Наталии Машаровой)

Владик Волочай в актуальных аксессуарах  (Фото Наталии Машаровой)

Слэм-мастер Анатолий "Хуй" Ульянов (Фото Наталии Машаровой)

Елена Заславская - Таня Буланова украинской поэзии (Фото Наталии Машаровой)

Павло Коробчук: "Я люблю-ю-ю тебя до сле-е-ез..."  (Фото Наталии Машаровой)

Павло Коробчук: "...Каждый вздо-о-ох, как в первый ра-а-аз"  "(Фото Наталии Машаровой)

Ярослав Минкин - мумия и генерал (Фото Наталии Машаровой)

Военные побасенки Ярослава Минкина (Фото Наталии Машаровой)

Группа "СТАН" выражает  благодарность магазину "Охота и Рыбалка" за  предоставленные аксессуары (Фото Наталии Машаровой)

Андрей Любака вовсе не Чубака (Фото Наталии Машаровой)

Сеанс гипноза от Жадана (Фото Наталии Машаровой)

Не одружилися - пішли на слем голосувать... (Фото Наталии Машаровой)

Елена Заславская с симулятором ребенка (Фото Наталии Машаровой)

Антон Добринский пошел на удобрения  (Фото Наталии Машаровой)

Анатолий Ульянов. Эпилептик с банановой кожурой (Фото Наталии Машаровой)

Вася Скакун подъездный какун (Фото Наталии Машаровой)

Вася Скакун подъездный какун (Фото Наталии Машаровой)

Вася Скакун подъездный какун (Фото Наталии Машаровой)

Сергей Жадан все не хотел покидать сцену...  (Фото Наталии Машаровой)

Ярослав Минкин. В этот феерический вечер каждый мог почувствовать себя региональной рок-звездой (Фото Наталии Машаровой)

Поэты делятся на две категории - на тех, кто читает про сиськи, и тех, кто читает про маму. Артем "Чех" Чередник читал про маму (Фото Наталии Машаровой)

Андрею Хадановичу пришлось уехать не солоно хлебавши.  (Фото Наталии Машаровой)

Анатолий "Масляков" Ульянов (Фото Наталии Машаровой)

Андрей Хаданович: "Когда-то и я побеждал на слэме..." (Фото Наталии Машаровой)

Сергей Прилуцкий. Пестончег не вставил (Фото Наталии Машаровой)

Ярослав Минкин - мужчина, который спит с обезьянами (Фото Наталии Машаровой)

Артем Полежака щупал музу  (Фото Наталии Машаровой)

Дмитрий "Спайдермэн" Лазуткин уже третий год не может узнать, "хто спиздив крейду" (Фото Наталии Машаровой)

Анатолий "Судорога" Ульянов (Фото Наталии Машаровой)

Александр Кабанов покупает себе молодого поэта (Фото Наталии Машаровой)

Побеждая на разнообразных литературных мероприятиях, молодые мальчики-поэты неизменно стремились к Юрию Покальчуку (Фото Наталии Машаровой)