|
|
Что вы сегодня будете презентовать? Во-первых, роман «Киевские ведьмы. Меч и крест», который я писала ровно год. Это приключенческий и мистический роман о Киеве. Внутри две карты города Киева – 1884 года и нашего времени, много киевских иллюстраций. Я строила этот роман на истории и легендах города Киева. Факты, которые знают большинство историков, не доступны обычному читателю, потому что специализированные книги читает 9% из 100, и то это, наверное, преувеличенная статистика. Я решила рассказать историю в виде приключенческого романа, когда она распутывается как детектив. Для себя я это называю «популярным учебником по истории любви к городу Киеву». Во-вторых, повесть «Я+Я или Крещенские гадания». Сама по себе книга не новая. Это мои рассказы, за которые проголосовал читатель. В каждой своей книге я вставляла анкету читателя и просила написать, какие рассказы больше всего понравились, а какие нет. В итоге получился рейтинг, по которому была сделана книга. Почему мы находимся в «Музее одной улицы»? Половина моего романа происходит на Андреевском спуске. Если пройти по экспозиции этого музея, то фактически вы пройдете по страницам моего романа.
Какой у вас читатель? Каким вы его видите? Я своего читателя вижу не так часто. Это женщины от 16 до 61. Вторая цифра для меня была парадоксом, когда я начала издаваться и выяснила, что меня читают бабушки. Мне всегда казалось, что я писатель не для бабушек. У меня есть острые сюжеты, не все слова считаются цензурными. Мужчины составляют 10% моего читателя. Это я сужу по письмам и по количеству людей, которые приходят на презентации. Вообще я всегда думала, что мой читатель максимально похож на меня, и я, как, наверное, все авторы, пишу то, что хотела бы прочитать. Парадокс заключается в том, что ты пишешь ту идеальную книгу, которую хотел прочитать, а прочитать потом её не можешь. Судя по письмам читателей, я понимаю, что у них такое же отношение к книгам как у меня. Я именно книжная девочка, моё идеальное пространство – библиотека. Книга – это действительно друг, который может тебя вытащить из депрессии. Персонажи книги – тоже друзья. Я ловлю себя на том, что верю в их реальное существование. Читатели пишут мне: «Я верю, что ваша героиня живет, мне очень хотелось бы с ней встретиться» или «Когда я закончила читать, мне было до слез обидно, так как я вышла из того мира, где хотела бы жить». Мир, в котором хотелось бы жить, – это для меня идеальное определение искусства. Писатель не редко остается недовольным чем-то, когда книга уже рождена. Мне не нравится, что книга «Я+Я…» такая тоненькая. Я люблю толстые книги, чтобы читать три вечера. Чтобы я знала, что три вечера у меня будет приятное времяпровождение. А тут… я посмотрела и не купила бы. Вы – скандальная особа. У любой скандальной особы есть поклонники и есть ворчащие. В рядах тех, кто ворчит на Ладу Лузину, можно не редко услышать слова «кичуха», «пошлость»… и уж точно не «высокое искусство» Я никогда не буду стесняться своей скандальной репутации. И никогда не буду от неё открещиваться и делать так, чтобы про неё забыли. Я прекрасно понимаю, что именно это помогает мне продавать книжки. Если бы люди знали, что это очень умная философская литература, они бы её не покупали, а так они ёё покупают в надежде отыскать что-нибудь солененькое, кичевое. Даже если я напишу философскую литературу, её купят, чтобы найти скандал.
Лада Лузина – это писатель, который занимается правильными вещами в неправильных условиях и не в той стране. Она знает как себя подать как автора, пользуется всеми пиаровскими и маркетинговыми фишками, которыми должен пользоваться писатель. Она устраивает сознательные провокации, она эпатажна, она работает по всем тем доказанным схемам, которые существуют в литературе любой другой страны, но в наших условиях они по каким-то причинам не работают. Если бы до выхода книг Лада Лузина не имела бы журналистской славы, а просто вошла в литературу – это имя не звучало бы так. Имея стартовый капитал – статус «скандальной журналистки» - она уже вложила в себя определенные средства. Поэтому сегодня она является одной из самых рейтинговых, по данным издательства «Фолио», писательниц этого издательства. Что же касается меня, то я женскую литературу не совсем воспринимаю, будучи мужчиной. Но я уважаю всех активных людей, активных авторов, которые активно себя позиционируют и активно работают. Лада Лузина одна из таких людей, которые работают с собой и над собой.
Андрей КУРКОВ (писатель, пингвиновед) Лада Лузина – это возрождение традиций русскоязычной киевской литературы Серебряного века и дореволюционной. Я надеюсь, что после «оранжевой революции» её литература не перестанет быть актуальной для молодых читательниц. Что же по поводу тех ворчащих, которые говорят, что «Лада Лузина – это кич и пошлость»? Те, кто ворчат, делают больше пользы и рекламы Ладе Лузиной, чем те, кто её просто хвалят. У нас традиционно хвальбе никто не верит. Когда кого-то ругают, люди думают, что это да, это чего-то стоит.
Дмитрий ГОРДОН (главный редактор газеты «Бульвар», эрудит) Ваша рефлексия по поводу писательницы Лады Лузиной. Моя что? Рефлексия. Что такое рефлексия? Какое у Вас мнение по поводу творчества Лады Лузиной? Почему так и не спросить: «Какое у Вас мнение»? Хорошо… Лада Лузина и её книги вызывают у меня чувство восхищения. Я считаю, что она чрезвычайно талантливый человек, и я думаю то, чего она достигла, это малая доля того, чего она может достигнуть со временем.
Ирэна КАРПА (писательница, литературная вагина-убийа) Тебе не кажется, что в зале пахнет спермой? Кто-то здесь подрочил? Да Теперь о Ладе Лузиной. Как тебе Лада-писательница? Лада Лузина это категория «Б» или категория «Ц»? Категория «Ц». Кльово. Новая книга, думаю, канает для категории «Б», и её уже могут читать домохозяйки не только со средним, но и высшим образованием, типа Оксаны Забужко. Мои книги, книги Пьонтека и в том числе Лады Лузиной не берут книжные супермаркеты. Видимо, у неё тоже где-то слово «блядь» проскочило.
Андрей КРАВЧУК (музыкант, актер, сокол) Я надеюсь, что у Лады Лузиной ещё всё впереди. Думаю, через лет 20 мы сможем об этом сказать. Она человек целеустремленный и вряд ли бросит литературу, если уже решила этим заниматься. Сейчас, мне кажется, у неё только всё начинается, и то, как она формируется как автор, мне нравится. Я был критиком её первых двух книг, и те отрывки новой книги «Киевские ведьмы», которые мне довелось прочитать, наконец-то дали мне возможность понять, что она как-то выруливает из женской литературы на что-то, что мне интересно. Например, на историю обожаемого мною города Киева. Её литература становится вне времени. Женская литература очень специфическая. Ты сам знаешь этих авторов, их миллион – Донцова, Маринина. Когда я их вижу, мне становится дурно, это такой шлак. Я очень хорошо отношусь к Ладе, и не хотел бы, чтобы она с этим всем становилась на одни полки. Мне кажется, Лада наконец-то вырулила на верный путь. Наталья МОГИЛЕВСКАЯ (поп-певица, эксперт по Булгакову и Гоголю) Мне жаль, что Лада прославилась скандальной журналисткой в 95-м году. За эти десять лет она издала три или четыре книги. То, что демонстрируется сегодня - это вообще большая форма, роман. Это очень талантливо. Это может лежать на одной полке с Акуниным, например, которого я очень люблю. Если Ладка будет так двигать и дальше, то когда-нибудь это совершенно достойно ляжет рядом на полку с Булгаковым и Гоголем. Я считаю, что Лада Лузина безумно талантливая и настоящая писательница.
Публикация: 24 декабря 2004
|
Вечеринка Важных Мертвецов
Левко Дурко
Лада Лузина: эволюция скандала
Короны Гринписа
Заебаценко и Заебачкан
Эмососка
Холостой Гнилицкий
