Кризис авангарда

Когда мы создаем искусство, усматривая в себе авангардистов, мы думаем о революции, вызванной деяниями нашими. И коль уж рассматривать революцию в ключе романтическом, то её цель – расширение творческой свободы. Но сколь бы прекрасной не казалась нам такая цель, она утратила смысл в современном мире. Более не актуально полагать, что цель революции - свобода, ибо свобода искусства давно достигнута. В постмодерном мире глупо говорить о её отсутствии. Всем дозволено всё. И пока мы гонимся за безграничной свободой для творца, авангард переживает кризис.

Во-первых, с приходом постмодерна демиургическое право получил любой из живущих, будь то дворник, ваяющий скульптуры из хлебного мякиша, или шахтер, возводящий домики из собственного кала. Доктрина избранных творцов уничтожена, кодекс художника осмеян и ликвидирован. Все ценности признаны ложными, кроме ценностей, воспевающих отсутствие ценностей.

Во-вторых, в Обществе Спектакля авангард перестал быть революционным существом. Мы видим рождение иного существа – симулякра авангарда. Симулякр представляет собой бесплодное существо, имитирующее живую концепцию, на деле являющуюся лишь эхом, иллюзией, тенью, театром, где жизнь и реальные переживания, заменены игрой и переживаниями игровыми. Иными словами, авангардист вчерашнего дня мог овладеть академическим искусством и превозмочь его, породив нечто новое. Сегодня авангард не требует рождения нового. Поскольку он не может овладеть и превзойти академическое искусство, он отрицает его значимость, плюет на него и взывает к альтернативе. Если вчера авангардист побеждал традицию, посредством революции свежести, то сегодня достаточно заменить балерин пылесосами, назвать такой балет «новым» и зачать игру в революцию. Стоит задать себе вопрос: что сложнее? Свершить революцию в академическом балете, создав новый балет, или просто заменить балерин стульями, холодильниками или вешалками? В современном мире второе звучит оригинальнее и приемлемей, но это лишь только потому, что постмодерн жаждет сохранить всевластие обывателей в искусстве. Кризис авангарда заключается в том, что происходит вымирание авангардистов революционеров, замена их авангардистами-симулякрами, псевдохудожниками, чьи поиски – это поиски формы, которая наиболее красноречиво осмеет день вчерашний. Возможно, это было бы позитивно, но, к сожалению, такая борьба со вчерашним днем не позволяет достигнуть дня завтрашнего.

Поскольку значимость каких-либо ценностей и принципов, индивидуальных правил и норм также осмеяна, свобода творца становится вредоносной. Когда все вокруг размыто и нестабильно, когда хаос взорвал вселенную и привел человечество к тишине во мраке, любое движение мизинцем – это уже искусство. Таким образом, культура деградирует в шум детского сознания. Больше не нужно напрягаться, чтобы делать искусство. Достаточно называть искусством каждое свое деяние.

В данном контексте весьма оздоровительную концепцию предложил датский режиссер Ларс фон Триер в своем фильме «5 препятствий». В 1967 год режиссер Йорген Лет снял свою знаменитую работу «Совершенный человек», которая сильно повлияла на Триера. В «5 препятствиях» Триер встречается с Летом и предлагает ему эксперимент. Лет должен снять несколько римейков «Совершенного человека», но, в каждом из случаев в работе будут установлено несколько препятствий – правил, как, например, снять фильм на фоне сцены, которую запрещено показывать в кино, или же управиться с лентой, снимая её по кусочкам из 12-и кадров. Суть эксперимента в том, чтобы Лет превзошел самого себя, пережил индивидуальную революцию, обошел препятствия и создал на основе старого материала кино нового образца.

Таким образом, Триер предложил современности новый метод революции в искусстве, метод, который отрицает установку дня сегодняшнего, гласящую: «Любые правила и препятствия для искусства вредоносны и недопустимы». Он, фактически, показал, как их можно использовать во благо. Любопытно, что речь не идет о препятствиях, которые навязывает общество или государство.  Препятствия возводит сам творец или его соратники, дабы вылощить себя, повергнуть в трудности, ради развития, войти в состояние творческого самобичевания, дабы обнаружить в себе новые потенции и возможности. Искусство, освободившееся от трудностей, рискует закиснуть в собственном соку, впасть в застой. Посему препятствия необходимы, чтобы в индивидуальной войне обнаруживать в себе жизненную энергию. Авангард закаляется в борьбе, а не в победе. 

Авангардная революция 21-го века – это не война с традиционными формами, давным-давно утратившая свою актуальность, но борьба с теми концептами современности, которые обесценили поиск свежести, творческий прорыв, творческую экзистенцию и всё, что лишает творца мотивации к самосовершенствованию, преодолению себя, движению к будущему.