Баулы и культурные провайдеры

актуальный контекст

Одним из позитивных привнесений постмодерна является упразднение традиционной типологии игроков культурного пространства. Такие понятия как «писатель», «музыкант», «художник» - больше несостоятельны. Роберт Рич, один из признанных «отцов» музыкального жанра ambient, очень верно подметил: «Как только что-то становится категорией, люди начинают следовать ожиданиям…». Любой из вышеупомянутых ярлычков, во-первых, попахивает академизмом, во-вторых, определенными ожиданиями социума, определенной ролью в обществе. Сами эти ярлычки настолько устоялись в человеческих умах, что стали обозначать нечто конкретное и архетипичное. Грубо говоря, мы знаем, что должен делать писатель и как он должен себя вести. Само слово «писатель» включает в наших головах определенный образ. Тем самым, творец, помеченный одним из таких ярлычков, изначально ввергается в некое тюремное пространство, в избранную им самим клетку, внутри которой он что-то делает, выражая себя.

Поскольку постмодернизм по-хулигански свободный концепт, то, порождая культурный контекст, он требует разрушения традиционной типологии, замены устоявшихся понятий с конкретным значением на понятия новые и абстрактные. Эти новые понятия должны выполнять сразу две роли: с одной стороны, идентифицировать творца, с другой стороны, предоставлять ему более широкое пространство для самореализации, где бы он не был отягощен ожиданиями общества и конкретной нормой поведения и художественного поиска.

Евгений Столбов – киевский звуковой экспериментатор – некогда сказал: «…во имя культурной эволюции, развенчания культов, нравственных шаблонов и стереотипов, улучшения образа жизни, психологического комфорта, преодоления цикличности в повседневности, следует позабыть понятие музыкант, имеющее определённую смысловую нагрузку, и размыть границы между видами деятельности…». Воспримем воспеваемое постмодерном размывание границ в типологии культурных игроков не как истину и панацею от всех стереотипов и шаблонов, но как естественный процесс обновления, линьку, которая изредка должна происходить.

Осмелюсь представить центральных игроков культурного процесса всего двумя типами – баул и культурный провайдер.

Эпоха новых баулов

Изначально, баулы – это племя бродячих поэтов-мистиков, живущее в Западной Бенгалии уже сотни (если не тысячи) лет. В переводе слово «баул» означает Святой Безумец. Баулы восстают против любой религиозной традиции, живут сами по себе, и их поиск безумной любви к Богу превосходит любые границы. Их методы достичь Бога – это поэзия, музыка и танец. Другими словами, искусство.

Творец нового времени – это человек баулической сущности. Речь идет о состоянии сознания, об изъявлении себя и поиске своего Бога через творческие сферы, искусство. Дело не в конкретной специализации или направленности, не в единой избранной дороге для творца, но в необъятном пространстве, на территории которого происходит его блуждание, постоянное следование своему внутреннему компасу, без прихода к оседлой жизни в клетке какой-нибудь одной творческой ниши. Более того, понятие «авторский стиль» для баула обретает негативное значение, ибо обозначает нечто пусть и индивидуализирующее, но стабильное, характерное, постоянное. Для творца-кочевника неуместно постоянство. Подобно джазовому исполнителю он всего лишь делает искусство, порождая новые жанры, не задерживаясь в них, и продолжает идти дальше, к новым горизонтам. Баул движется к Универсальному, может реализовать настоящий момент и свои идеи через синтезы аудио и визуального искусства, через танец, театр, живопись, литературу, музыку и т.д. Совершенно естественно, что такой творец противопоставляет себя реальности, старается преодолеть конкретность её форм и стабильные связи внутри неё.

Здесь уместна ещё одна цитата из Столбова: «Представители буддийской традиции ньингма Кхандро Дечен и Нгакпа Чогьям в своих лекциях говорили про некое явление восприятия "синестезия". Оно означает, что при определённом раздражении данного органа чувств, кроме свойственного ему ощущения, возникают и ощущения, свойственные другому органу чувств. В таком состоянии можно видеть звук, слышать цвет и т.д. Человек существует нередко в "навеянном". Видеть звук и слышать цвет представляется большинству абсурдным и невозможным. Преодоление абсурда, невозможного и достижение фантастического, внедрение в повседневность звуковых коллажей из дамского белья, змеиной кожи, похмелья строителей, плесени «Рокфора», изменчивого пограничного настроения первобытного человека с мифологическим сознанием, пышной могилы криминального авторитета, акта вымогательства у начальства Байкового кладбища, "скрытые" мотивы йогурта «Растишка» овладеть миром, влюблённость школьного учителя в предмет, лекция на тему "История сексуальности человечества", легитимные спекуляции биржевых маклеров – всё, это представляется мне возможным и более того…»

Итак, баул нового времени – это творец, непрерывно путешествующий на необъятных территориях искусства в поисках себя и Бога, искренне выражающий идеи и настоящий момент через синтез традиций, мыслей, жанров, форм и концептов. Баулизм – наиболее адекватное состояние сознания для творца постмодерной эпохи. Именно этот универсальный демиург ныне имеет все шансы преодолеть устоявшиеся стереотипы и шаблоны, посещать горизонты вне конкретных тюремных клеток. Баулизм позволяет превратить изъявление себя в искусстве в постоянный процесс исследования мира и себя без порабощения ролями и понятиями. Баулизм – это и есть, фактически, касание к Богу и психоделическим наркотикам, религиозным практикам и физическим тренировкам. Только в преодолении невозможного, творец – баул нового времени – собственно, занимается искусством.

Культурные провайдеры

Постмодерная эпоха – эпоха актуализации кураторов и культуртрегеров, а также тех, кто своей деятельностью служит единой задаче – провайдингу культуры и её ценностей обществу. Фактически, культурный провайдер – это священник от культуры, промежуточное звено между богом-демиургом (баулом) и публикой. К числу этих людей относятся журналисты и издатели, редактора и критики, кураторы и культуртрегеры. Они выполняют не только просветительскую, но и диагностико-операторскую работу: анализируют культурные артефакты, размещают их определенным образом в подвластном им информационном или галерейном пространстве, и начинают трезвонить по закоулкам общества с сообщением: «Вот она культура».

Появление культурных провайдеров и актуализация их роли в обществе логично вытекает из той свободы, которую даровал массам постмодерн. Прикормив массы вкусным слоганом «Искусство может делать каждый», он не только даровал обществу грандиозные поля самореализации, но и породил невероятное множество графоманов и вторичных деятелей культуры. Некогда девственное разнеженное пространство культуры подверглось мощному вторжению вырожденцев разной масти. Посему появилась необходимость отбора, разделения Культуры на сияние таланта и молчание пустоты. Именно так появились монтажеры культурных сфер – кураторы и т.д.

***

Таким образом, в культуре постмодерного времени произошли революционные изменения – иерархию понятий конкретных заменила иерархия абстрактных понятий. В обществе возникла церковь от культуры, где боги – баулы, а священники – это культурные провайдеры, чей вкус и авторитет осуществляют отбор произведений искусства и определяют его [искусства] качество, меру его достойности, позволяющую быть представленным прихожанам, публике, обозначают те или иные тенденции, помогают происходить кровеносному обмену внутри культуры.

Замена конкретных понятий на понятия абстрактные является необходимым условием соответствия определенного культурного поля современности и актуальному состоянию постмодерна. Цель этой замены – увеличить свободу самого творца и расширить пространства его поиска, избавить его от порабощенности социальной ролью и общественными ожиданиями.

Совершенно очевидно, что центральными игроками в культуре постмодерного времени являются баул и культурный провайдер. Первый блуждает в искусстве, нащупывая тела индивидуальных Богов, второй – доносит их сияние до общества.