Арт-политика

Внеискусство и Альтер.революции

Подлинная культурная и общественная революция не может рождаться в брюхе современного искусства. Культурная элита не может быть революционной, ибо она отравлена культурой, а значит обществом – корнями и прошлым, социализацией и материальностью. Любые художественные практики, которые инициирует сегодня современное искусство, не могут быть революционными, но лишь имитирующими революцию. Современное искусство может поджигать локальные революции, но такие революции не могут полагаться значительными и заметными – эффективная революция может быть если не мировой, то, как минимум, всенародной. В любом  другом случае художнику следует отказаться от меток «революционности» на свои действия и преследовать иные цели.

Возможен и третий путь – путь альтернативных революций. Современное искусство, идущие по этому пути, должно в первую очередь быть вне искусства, а значит  вынуждено:

а) вообще избавиться от художников, музыкантов и поэтов;
б) предоставить им иные, абсолютно непривычные роли;
в) привлечь в свои ряды людей иных профессий;

Современное искусство, жаждущее альтернативных революций, не может происходить в галереях, музеях, литературе, музыке, изобразительном искусстве. Оно должно быть жизнью – абсурдными ситуациями из реальности, чуждыми искусству существами.

Среди возможных детищ такого искусства можно было бы выделить некую предполагаемую партию будущего, которая будет иметь своих избирателей, официально присутствовать в правительстве, обладать всеми партийными признаками и механизмами, но отстаивать иные политические цели и придаваться новым внеполитическим практикам. Выступая на трибунах, представители этих партий не затрагивали бы реальных и злободневных тем, но вершили бы исключительную поэзию – напевали, пропагандировали легализацию браков с животными, идеи растления несовершеннолетних или установления памятников героям китайских мультфильмов, приходили бы в зал в цирковых нарядах, танцевали бы с представителями других фракций и видели бы политику как вечеринку. Каждое их выступление было бы спланированной поэтической провокацией, а основа деятельности искренней – они бы открыто заявляли о жажде денег и власти, подтверждали свое соучастие в грязных политических технологиях, зомбировании и пропаганде, испытывали бы на себе наркотики и регулярно посещали публичные дома для трансексуалов. Прародителями бы такой партии были бы Адольф Гитлер, Владимир Жириновский, Туркменбаши и прочие существа, которые не были творцами в привычном для нас смысле, но всегда оставались подлинными поэтами – истинными деятелями современного искусства своего времени.

Существование такой партии имело бы смысл лишь в случае её легального и зарегистрированного бытия в правительственном аппарате. Существование такой партии лишь в виде ряда перфомансов, инициированных художниками на улицах и галереях – пошлость, моветон и банальность. Чтобы политическая партия могла быть современным искусством, она должна быть настоящей, состоять из реальных политиков, но не художников – художники есть лишь ноющий и извечно недовольный социальный мусор.

Что есть партия будущего, идущая по пути альтернативных революций от современного искусства? Она – это круглосуточный телеэфир, коллаж из абсурда, реалити-шоу, MTV и попкорна. Она – это сборище медуз, которые решили позабавиться. Она – это группа, которая ничего не знает о современном искусстве, но чьи действия могут полагаться таковым в будущем.

Салат людей, которые будут основой такой партии, будет собираться посредством социальных переинсталляций – людей одного профессионального контекста будут пересаживать в иные профессиональные контексты. Художники и поэты должны стать дворниками и уборщиками. Дворники и уборщики должны получить руководствующие должности в рекламных агентствах и на телевидении. Сумасшедших нужно совокупить в массовых браках с людьми математического склада ума. Нынешних политиков следует оставить, как серые декорации для грядущей партии. Доярки должны заменить Опру. Телеведущие должны стать контролерами в троллейбусах. В результате таких противоестественных и абсурдных махинаций над социумом, в нем родится не менее противоестественный и абсурдный союз нескольких человек, которые и станут основой партии  будущего.

Подлинная революция в современном искусстве находится вне искусства, но в пространствах символических, заменивших нам реальность. Новое искусство рождает радикальная социология, телевиденье, реклама и политтехнологи, война и терроризм, политкорректность и сексуальные извращения священников. Современное искусство – это внеискусство. Современное искусство – это арт-политика.

Осама бин Ладен – телеидол. Атака на нью-йоркские «Близнецы» - социальная геометрия войны. Владимир Жириновский – круглосуточная поэзия. Туркменбаши – ювелир эго. Ким Ир Сен – модный красный кулак. Лицо Ющенко – гастрономическое предостережение. Оранжевая революция – смоделированная тоска по 60-м. Политическая реклама – медиафашизм во имя «ха-ха-ха». Газ в токийском метро – экспериментальная парфюмерия. Маг Юрий Лонго – поэтическая эзотерика. Карикатурный скандал – исламское пробуждение через телевизоры.  Пикассо и Коммунистическая партия Украины – симулякр эрекции. Белый шум – антидепрессант будущего.

Святой Осама (коллаж: Анатолий Ульянов)

Святой Адольф (коллаж: Анатолий Ульянов)

Святой Владимир (коллаж: Анатолий Ульянов)

Святой Ким (коллаж: Анатолий Ульянов)

Святой Виктор (коллаж: Анатолий Ульянов)