Манифест украинского футуризма (1914)

Манифест был опубликован в книге Михаила Семенка «Дерзання» под заголовком «Сам». Представленный фрагмент взят из книги Олега Ильницкого «Український футуризм» («Літопис», Л:2003). Перевод с украинского - Анатолий Ульянов

Эй ты, дружище, слушай сюда! Да слушай же - ты, всецело прекрасный! Я хочу сказать тебе несколько слов об искусстве и о том, что его касается, - всего несколько слов. Нет ничего лучшего, чем разговаривать с тобой об искусстве, старик. Я хватаюсь руками за живот и хохочу. Я весь дрожу от смеха - прекрасно выглядишь, старик! Ой, да с тобой адски весело! /…/ Ах, с тобой ужасно тоскливо /…/ не хочу с тобой говорить. Ты подносишь мне засаленный «Кобзарь»[1] и говоришь: вот моё искусство. Старик, мне стыдно за тебя… Ты подносишь мне заезженные творческие «идеи», и меня подташнивает. Старик. Искусство - это то, что тебе и не снилось. Я хочу сказать тебе, что где есть культ, там нет искусства. И прежде всего оно не боится нападений. Наоборот. В нападениях оно закаляется. А ты схватил свой «Кобзарь», от которого смердит дегтем и салом, и думаешь, что его защитит твоё уважение. Уважение твоё его убило. Нет ему воскрешения. Кто им ныне интересуется? Человек примитивный. Как раз вроде тебя <…>. Старик. Время превращает титана в жалкого лилипута, и место Шевченко в записках научных обществ. Пожив с вами, отстаешь на десятилетия. Я не приемлю такого искусства. Как я могу почитать ныне Шевченко, когда вижу, что он под моими ногами? Я не могу, подобно тебе, на протяжении месяцев вытягивать из себя жилы почтения к тому, кто, будучи современным фактором, является существом откровенно отвратительным. Старик. Я хочу тебе сказать, что в дни сии, когда я это пишу, противно взять в руки нашу периодику. Если бы я не высказал тебе своих мыслей, то задохнулся бы в атмосфере вашего «щирого»[2] украинского искусства. Я желаю ему смерти. Такие у тебя юбилеи[3]. Это всё, что осталось от Шевченко. Но не могу я избежать этого празднества. Я сжигаю свой «Кобзарь».

<…>

Желаем искусственным движением приблизить наше искусство к тем границам, где во всемирном искусстве начинается новая эра. Когда искусство должно идти хотя бы рядом с жизнью, оно плетется позади, а наше украинское искусство стоит на позорной ступени пошлорутинности и рабоподчиненности, которая не оправдывает самого названия /…/ [Искусство] не может быть ни украинским, ни каким другим. Признаки национального в искусстве - признаки его примитивности. Кверо-футуристическое искусство должно быть проявлением общечеловеческого чувства, а тонкий слой «национального» искусство уже переждало /…/. До футуризма искусство было дикарским. Кверо-футуризм[4] дарует ему путь, единственный возможный, и днями сегодняшними мы вступаем в абсолютно новый мир, где ещё не можем чувствовать себя как дома, в своих украинских и других домах. Ценно то, что общезначимое, и к этому стремится человеческий дух. То своё, «родное» (ставшее в наше время противным), что потребуется для самоопределения общечеловеческого, проявится (не волнуйтесь!) само собой, даже если б мы осознанно тормозили эту стихию. Если она будет нужной и важной - деться от неё нам будет некуда. Не будем навязывать её, ибо не пойдем мы тогда дальше популярного искусства. Национальную эру в искусстве мы уже пережили, и характер нашего темперамента таки проявит себя в той мере, в которой это будет нужно. Нам следует догнать сегодняшний день. Поэтому ускоримся. В этом наша консеквентность. Пускай наши отцы (которые не оставили нам ничего в наследство), утешаются «родным» искусством, доживая вместе с ним; мы, молодежь, не подадим им руки. Давайте догоним сегодняшний день!

1 - Самый популярный сборник самого популярного украинского писателя-классика Тараса Григорьевича Шевченко (Прим. перевод.)

2 - Искренне (укр.)

3 - В 1914 году украинцы отмечали сотую годовщину со дня рождения Тараса Шевченко.

4 - От латинского «quaero» - исследовать, искать.